![[SELF].red](https://static.tildacdn.com/tild3530-6361-4462-b865-376361646663/SELF_F_400_x_400__30.png)
смыслы
Один и тот же взгляд: между мной и другим
Открытый индивидуализм задаёт осторожный, но странный вопрос: а что если эта непрерывность переживания не привязана фундаментально к одному конкретному телу?
Мы обычно воспринимаем как само собой разумеющееся, что каждый из нас — замкнутый мир. Моё сознание принадлежит мне, твоё — тебе, и между нами проходит чёткая граница. Эта интуиция кажется естественной и редко подвергается сомнению. Но у философии есть привычка мягко расшатывать то, что выглядит очевидным. Открытый индивидуализм — одна из таких идей. Её легко сформулировать, но стоит задержаться на ней чуть дольше — и она начинает дезориентировать.
Почему ты уверен, что это всё ещё ты
Вспомни простой опыт. Сегодня вечером ты засыпаешь, а утром просыпаешься без малейших сомнений, что это всё ещё ты. И при этом почти всё изменилось: мысли, ощущения, настроение, даже тело — пусть и совсем немного. Что даёт эту уверенность в непрерывности? Не конкретное содержание сознания — оно постоянно меняется, — а сам факт продолжающегося переживания. Всё ещё есть кто-то, кто смотрит на мир изнутри.
Вспомни простой опыт. Сегодня вечером ты засыпаешь, а утром просыпаешься без малейших сомнений, что это всё ещё ты. И при этом почти всё изменилось: мысли, ощущения, настроение, даже тело — пусть и совсем немного. Что даёт эту уверенность в непрерывности? Не конкретное содержание сознания — оно постоянно меняется, — а сам факт продолжающегося переживания. Всё ещё есть кто-то, кто смотрит на мир изнутри.
Открытый индивидуализм задаёт осторожный, но странный вопрос: а что если эта непрерывность переживания не привязана фундаментально к одному конкретному телу? Что если на самом глубоком уровне существует один субъект опыта, который проявляется через множество точек зрения? В этом случае люди — это не столько отдельные переживающие существа, сколько разные перспективы. Много жизней, много историй, но, возможно, один и тот же переживающий.
Эта идея чаще всего связывается с философом Дереком Парфитом, который сомневался в том, что личная идентичность имеет то значение, которое мы ей приписываем. Он рассматривал три основные позиции: закрытый индивидуализм, согласно которому каждый человек полностью отделён от других; «пустой» или безличный взгляд, отрицающий существование устойчивого «я»; и открытый индивидуализм, в котором идентичность на глубинном уровне общая, даже если жизни остаются разными.
Эта идея чаще всего связывается с философом Дереком Парфитом, который сомневался в том, что личная идентичность имеет то значение, которое мы ей приписываем. Он рассматривал три основные позиции: закрытый индивидуализм, согласно которому каждый человек полностью отделён от других; «пустой» или безличный взгляд, отрицающий существование устойчивого «я»; и открытый индивидуализм, в котором идентичность на глубинном уровне общая, даже если жизни остаются разными.
Фото: Дерек Парфит
Где заканчиваюсь я и начинается другой
Представить это можно с помощью простой метафоры. Вообрази экран в кинотеатре. На нём сменяются фильмы: сюжеты, персонажи и эмоции постоянно разные, но сам экран остаётся тем же. С точки зрения открытого индивидуализма тела и личности — это фильмы, а сознание — экран. Когда один фильм заканчивается, экран не исчезает, он просто готов принять следующий.
Сны дают ещё одну интуитивную подсказку. Во сне ты можешь быть кем угодно: другого возраста, пола, характера. Пока сон продолжается, эта перспектива кажется полностью естественной и «твоей». Сознание без труда принимает любую точку зрения, если она дана изнутри. Открытый индивидуализм предполагает, что бодрствование — это просто более стабильная версия того же явления, где перспективы меняются не каждую ночь, а от жизни к жизни.
Такой взгляд помогает по-новому понять эмпатию. Иногда чужая боль задевает нас неожиданно сильно, минуя социальные правила и моральные рассуждения. Это переживается почти как личный опыт. С точки зрения открытого индивидуализма, здесь нет ошибки — скорее, намёк: граница между «мной» и «другим» может быть не такой жёсткой, как кажется.
Представить это можно с помощью простой метафоры. Вообрази экран в кинотеатре. На нём сменяются фильмы: сюжеты, персонажи и эмоции постоянно разные, но сам экран остаётся тем же. С точки зрения открытого индивидуализма тела и личности — это фильмы, а сознание — экран. Когда один фильм заканчивается, экран не исчезает, он просто готов принять следующий.
Сны дают ещё одну интуитивную подсказку. Во сне ты можешь быть кем угодно: другого возраста, пола, характера. Пока сон продолжается, эта перспектива кажется полностью естественной и «твоей». Сознание без труда принимает любую точку зрения, если она дана изнутри. Открытый индивидуализм предполагает, что бодрствование — это просто более стабильная версия того же явления, где перспективы меняются не каждую ночь, а от жизни к жизни.
Такой взгляд помогает по-новому понять эмпатию. Иногда чужая боль задевает нас неожиданно сильно, минуя социальные правила и моральные рассуждения. Это переживается почти как личный опыт. С точки зрения открытого индивидуализма, здесь нет ошибки — скорее, намёк: граница между «мной» и «другим» может быть не такой жёсткой, как кажется.
Открытый индивидуализм не отрицает индивидуальность
Естественно, эта идея может пугать. Она размывает привычное чувство уникальности и расширяет ответственность за пределы одной биографии. Если другой — не совсем чужой, равнодушие становится сложнее оправдать. При этом открытый индивидуализм не отрицает индивидуальность. Наши жизни по-прежнему различны во всех практических смыслах. У нас разные тела, воспоминания, отношения и истории. Эти различия важны — именно в них разворачивается смысл.
Утверждение здесь одновременно скромное и радикальное. Под всеми различиями тот, кто переживает страх, радость, утрату и надежду, может быть одним и тем же. Открытый индивидуализм не требует веры. Это мысленный эксперимент, приглашение расширить рамку. Он предлагает иной взгляд на эмпатию, смерть и этическую ответственность, не отрицая реальность личной жизни.
В самом простом виде открытый индивидуализм говорит о том, что «я» может быть не замкнутым контейнером, а открытой перспективой. Много лиц, много историй и, возможно, один повторяющийся момент переживания, который снова и снова тихо говорит: «я здесь».
Утверждение здесь одновременно скромное и радикальное. Под всеми различиями тот, кто переживает страх, радость, утрату и надежду, может быть одним и тем же. Открытый индивидуализм не требует веры. Это мысленный эксперимент, приглашение расширить рамку. Он предлагает иной взгляд на эмпатию, смерть и этическую ответственность, не отрицая реальность личной жизни.
В самом простом виде открытый индивидуализм говорит о том, что «я» может быть не замкнутым контейнером, а открытой перспективой. Много лиц, много историй и, возможно, один повторяющийся момент переживания, который снова и снова тихо говорит: «я здесь».
- Миша ИсхаковАвтор